Грозная пятница в Третьяковке

Вечером в пятницу, перед самым закрытием основной экспозиции Третьяковки что в Лаврушинском, вандал (37-летний приезжий из Воронежа) начал металлической стойкой ограждения бить по известной картине «Иван Грозный и сын его Иван». Он, дескать, счел исторический сюжет убиения сына неправдоподобным. В итоге: порезы на картине в трех местах, повреждена рама. Согласно нашим источникам, полотно немедленно убрали из зала, его сразу же унесли реставраторы и провели первые, самые необходимые мероприятия для сохранности. В понедельник директор созывает всех на брифинг для СМИ.

фото: ru.wikipedia.org

Брифинг – вещь правильная. В сущности, он работает на пиар Третьяковки и, как следствие, на пиар русской живописи, и это хорошо. Представляете, какой лом будет, когда полотно через полгода-год снова торжественно разместят в зале за пятью пуленепробиваемыми стеклами? Ирония иронией, но вопрос в другом – что делать с проблемой вандализма в принципе? Пока вандальные выходки носят, по счастью, разовый, «сумасшедший» характер, статистику здесь подводить сложно, но это точно не чаще одного случая на пять-десять-двадцать лет. Но, ни приведи бог, еще не вечер. Постараемся разобраться в ситуации.

Итак, согласно официальному заявлению Третьяковской галереи, «25 мая 2018 года в 20:55, прямо перед закрытием музея, во время комиссионного обхода постоянной экспозиции мужчина из числа последних посетителей прорвался в уже пустой зал Репина сквозь группу сотрудников, которые проводили плановый осмотр залов перед их закрытием, и нанес по застекленному полотну картины «Иван Грозный и сын его Иван…» несколько ударов металлической стойкой ограждения».

Смотрители, охранники повязали вандала (что было опасно, поскольку свою агрессию он мог выместить и на людях вокруг), передали в руки полиции. Теперь парень залетит на несколько лет, смотря, какая точно мотивация будет усмотрена в его действиях. Одно дело – всё то, что идет по части психиатрии (с последующим пребыванием в соответствующих учреждениях), другое – покушение на убийство, и прочие пироги.

Что до репинского Ивана, то «в результате ударов толстое стекло, защищавшее работу от колебаний температурно-влажностного режима, было разбито, – сообщает пресс-служба ГТГ, – картине нанесены серьезные повреждения; холст прорван в трех местах в центральной части работы на фигуре царевича; от падения стекла сильно пострадала авторская художественная рама; по счастливой случайности самое ценное – изображения лиц и рук царя и царевича – не пострадали».

Это перекликается с прошлым нападением на картину: еще в 1913 году некий Абрам Балашов, признанный душевнобольным, нанес ножом 3 вертикальных пореза холста. Как сообщает Третьяковка, «вслед за этим последовала сложнейшая реставрация, в которой участвовал и сам Илья Репин, и попечитель галереи, художник Грабарь». По счастью, всё качественно восстановили. Но с 1927 года картина постоянно хранится под стеклом.

Наш источник успокоил, что повреждения всё же не носят катастрофического, необратимого характера, все самое ценное сохранено: да, холст поврежден, его нужно будет восстанавливать, но это, так скажем, поправимо. Все могло бы сложиться куда более трагично.

После того, как реставраторы извлекли осколки стекла, произвели демонтаж картины и рамы, «Ивана Грозного» перенесли в реставрационную мастерскую. И теперь будет срочно созван Совет реставраторов, чтобы выработать план действий. Понятно, что вся ситуация на контроле у Минкульта. Причем, если нужно, будут привлечены лучшие реставраторы страны – хоть из Центра им. Грабаря, хоть из Государственного научно-исследовательского института реставрации. Кстати, его директору Дмитрию Антонову мы и решили позвонить для расстановки некоторых важных акцентов:

Источник

0

Автор публикации

не в сети 7 месяцев

admin

0
Комментарии: 0Публикации: 7149Регистрация: 01-12-2016